Телефоны приемной:
+7(952) 972 5000
+7(952) 813 9006

Никогда не влюбляйтесь в призраков...

18 февраль 2020, Вторник
277
0

У Анны Леонидовны Воропановой некоторые привычки и особенности характера передаются по наследству. Её бабушка Галина Львовна была глупа как лиса, но умна как рыба. Она впитывала знания с губ любовников через уши. Можно сказать, она оттачивала ум игрой в шахматы с любовниками. А партии состояли из хитроумных ходов по обмену знаниями: она отщипывала кусочек знания у одного мужчины и потом передавала его следующему, дожидаясь ответа, а ответ выдавала за свой.

Именно таким образом она узнала настоящий рецепт печенья Марии, обменяв его на историю княжны Марии Александровны, супруги герцога Эдинбургского, того самого, что бороздил моря, захлебываясь ромом, и был таким буйным, что не мог жениться ни на ком, кроме русской. В честь княжны это печенье и было названо.

Анна Леонидовна никогда не работала в полнолуние, не имела в любовниках мужчин-близнецов, могла по родинкам прочитать прошлое и будущее человека, а во снах узнать, чем он болен, и сильнее всего была влюблена в своего прадеда. Изобретателя, лауреата технических премий, красавца с высокими скулами, выглядывающими клыками из-под плотно сжатых губ и манерно закрученными усиками. Он родился весной, когда шампанское пенится особенно сильно, а дамы меняют темные платья на светлые атласные наряды, а умер поздней осенью, облаченный в бекешу, где-то по дороге на Сумы в братской могиле.

В тот год Анне исполнилось двадцать четыре. Она разбирала альбом с фотографиями бабушки и наткнулась на снимки Александра Михайловича. Родственник будто ожил и подмигнул ей одним глазом, прищурившись, холеной рукой подкрутил ус. Анна почувствовала тепло, разлившееся в животе и груди, и резкий прилив жара к шее. Она захлопнула альбом и отложила его на полку.

Доподлинно известно, что мы наследуем от предков не только цвет глаз, расположение родинок, толщину губ и форму носа, но и характер, талант, предрасположенность, желания и даже привычки, например, любовь к тонкому слою сливочного масла, намазанного на хрустящий хлеб, или привычка дремать в полдень.

Анна же не только унаследовала многочисленные таланты и пороки своих прародителей, но и умение различать, кому они принадлежат. Так она наверняка знала, что любовь к рыжебородым мужчинам и английскому луковому супу достались ей от сестры бабки - Александры Львовны, но Анна не позволяла этим желаниям брать над собой верх, потому что человек состоит из желаний, а желания- это именно то, что может даже покойника вытянуть с того света.

В тот год Осенние Деды наступали медленно, они принесли первый снег ,перемешанный с дождем, и острый северный ветер. Вороны появлялись у окна, чтобы склевать поздние яблоки китайки, ярко-красные на фоне черных ветвей, припорошенных снегом. Короткие дни уступали место длинным ночам, ночам наполненным волшебством, и теперь она особенно остро чувствовала это. Его присутствие. Она поняла, что он рядом, и что она интересна ему ровно также как и он ей. Ведь Александр Михайлович умер в самом расцвете сил, и хотя он всю жизнь был верен своей жене- наполовину немке, которая скончалась раньше него, он забрал в могилу все нереализованные желания и не созданные устройства.

Духи бесплотны, они утратили мешок из кожи, костей и мышц и даже сознание. Но сила их воспоминаний и желаний живет так долго ,словно она впечатана в пространство. Духи привязаны к своим домам, сундукам, вещам, платьям и ботинкам, домашним животным, единственным свидетелям их мертвого состояния, безделушкам, постелям, сохранившим следы любовной страсти, к людям, с которыми они чувствовали что-то ранящее и глубокое, будь то испепеляющая страсть, нежная любовь или слепая обида, словом, они привязаны ко всему тому же, к чему и живые.

Анна металась, меняла любовников как перчатки, они водили её в рестораны, покупали белое вино, рислинг или совиньон блан, биодинамическое вино из лучших виноградников, растущих на коровьем роге, опрыскиваемых отваром из одуванчиковых листьев на седьмой день лунных суток, вино, впитавшее в себя во время выдержки в погребах, десятую симфонию Шостаковича и остатки лунного месяца. Они водили её в театры, на вечерние прогулки по набережной от Юсуповского дворца до Исаакиевской площади, но она жила как в чаду, боясь, как бы любовники не заметили ,что теперь их трое. В главную ночь Осенних Дедов, она предупредительно погасила электричество, зажгла восемь белых и восемь розовых свечей, и обойдя по часовой стрелке большой солнечный круг три раза, как это делали её предки больше двух тысяч лет, обратилась к духам с вопросом о суженом. Ответ показался ей в мутном зеркале воды, разрезанном криком из глубины горла. Лицо приобрело черты покойного родственника.

После той ночи стало совершенно ясно: зверь вырвался из клетки, он больше не жил в её плоти, подогреваемый желаниями, теперь он жил так как она и хотела -рядом с ней. Александр Михайлович стал нетерпим. Ревновал, прогонял гостей дребезжанием стекол и скрипом паркета, по вечерам усаживался в большое кожаное кресло и требовал кофе с молоком, по утрам - чтения газет и финского масла, намазанного на тонкий ломтик бездрожжевого хлеба. Анна Леонидовна потакала всем желаниям возлюбленного, пока они не стали такими тяжелыми, что упали из головы через шею прямиком в живот. Тогда ровно в полдень она взяла старую коричневую сумку, с которой ходила за покупками, вышла из дома, оставив гостя в кресле с сигарой, дошла до самого лучшего европейского ресторана около Таврического сада, заказала луковый суп (да, порой вызывать покойника легче заказав его любимое блюдо) и слёзно созналась во всём той самой сестре бабки, которая предпочитала рыжебородых мужчин, и та, в обмен на обещание наконец-то найти достойного жениха и родить дочь, открыла ей тайну обряда по сопровождению духов в потусторонний мир.

В ночь на Самайн Анна провела обряд. Абсолютно выжатая сопротивлением возлюбленного ,его гневом и нежеланием покидать мир живых, тяжестью обряда и собственной сердечной болью, она лежала в ванне и вздрагивала от каждого скрипа. Раздался дверной звонок. Анна осторожно оделась, на цыпочках подошла к двери.

Но в дверной глазок увидела не призрак, а хирурга Александровской больницы, за которым охотилась всю прошедшую весну, потомственного врача Даниила Сергеевича Знаменского с букетом белых роз.

- Ты опоздал.

- Прости, я был занят.

Он принёс снег на воротнике пальто, запах Невы, больницы и белых роз.

- Проходи.

Анна взяла цветы и нажала на выключатель. Перед ним предстала женщина, которую он никогда не видел: худая, бледная, с запавшими глазами, ртом, закапанным воском и безумным взглядом.

- Что случилось? Ты больна?

- Не знаю. Кажется, у меня болит живот.

Живот –это жизнь. Жизнь начинается с живота и им же заканчивается. Она начинается приливом оргазма, распускающимся как цветок, колыбелью утробы c питательной пуповиной. Жизнь эгоцентрична, и пуп- самое ярое тому подтверждение, первый- остается от материнской утробы, другой, второй (после инициации) можно отыскать в животе, чаще всего ниже правого подреберья, в районе печени. Живот –маленькая вселенная со своими плотностями, и нигде страх нигде не прячется с таким удовольствием, как в животе.

Он положил её на постель и теплой мягкой рукой пропальпировал живот, начиная снизу, с левой паховой области, поднимаясь против часовой стрелки наверх. “здесь болит?”- бормотал он, “а здесь?”.

- Здесь, -она указала на пуп.

- Ничего нет. Живот мягкий. В конце концов, как говорил наш профессор, все испорченные нервы клубятся в животе. Расскажи, что произошло?

Тогда Анна Леонидовна поставила перед хирургом бутылку Гленморанджи и два стакана, налила виски до краев, не разбавляя содовой или льдом, и рассказала за три с половиной часа историю от своего рождения в ночь на весеннее равноденствие до влюбленности в покойного изобретателя. Пришлось ей сообщить и о разговоре с покойной теткой, данном обещании выйти замуж как можно скорее и родить наследницу. Даниил Сергеевич не дрогнувшей рукой поставил стакан на стол и закурил.

- Ну что ж. Обещания нужно выполнять.

С этими словами он развязал три узла на халате Анны, не выпуская из рук сигареты. С той ночи они стали жить вместе в его огромной квартире на Чайковского: потомственный хирург и ведьма-целительница. Были они ровно два сапога пара. Никогда не ссорились, но ни разу не уступили друг другу. В то время как один занимался любовью - другой лечил пациента, и наоборот, если один из них лечил пациента, то другой скорее всего занимался любовью, потому что любовь и врачевательство было их общей страстью. И если в последнем они никогда не сходились, когда один кричал- “отрезать”, вторая настаивала на излечении, первое удавалось на славу, и постель на зависть друзьям и соседям, долго путешествовала по квартире, останавливаясь то в кухне, то в гостиной, то в ванной для гостей. Они поженились через год, без пышных торжеств, в медовый месяц уехали в серый Эдинбург, где промокли насквозь, пили виски и бродили по кладбищам и военным музеям.

И только однажды она вздрогнула, почувствовав острое желание съесть ломтик бородинского хлеба с маслом, но опустив внимание в живот, в самый пуп, поняла, что беременна, и никак иначе, а двойней. Александра и Лидия родились с разницей в четырнадцать минут, одна -второго марта, другая- третьего, что и предрешило их судьбу. Александра стала прекрасным хирургом, Лидия- продолжила дело матери, и когда одна кричала- “отрезать”, вторая всё ещё вынашивала надежду, что приживется...

Ксения Фрида


Источник
Обсудить
Loading...

Читайте также:

Накануне событий. Артур Конан Дойл
29 декабрь 2019, Воскресенье
Накануне событий. Артур Конан Дойл
История младшей дочери Пушкина
29 декабрь 2019, Воскресенье
История младшей дочери Пушкина
Подземные миры Харуки Мураками
01 июль 2019, Понедельник
Подземные миры Харуки Мураками
Абазинские народные сказки
12 январь 2019, Суббота
Абазинские народные сказки
Добавить комментарий
Комментарии (0)
Прокомментировать
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Наш коллектив
Партнеры